Информация об авторе:
Цимборска-Лебода М.
Мария Цимборска-Лебода — ординарный профессор, доктор филологических наук, Университет Марии Кюри-Склодовской (Институт неофилологии, Докторская школа) в Люблине, Польша, 20-031, Люблин, Пл. М. Кюри-Склодовской, 5/1508.
E-mail:
ORCID ID: https://orcid.org/0000-0002-8666-3563
Аннотация:
В статье предлагается интерпретация многоаспектной проблемы смыслового антиномизма мифа и его истолкование в поэзии Вячеслава Иванова. Основным материалом исследования является поэма «Сфинкс» из сборника «Кормчие звезды». В качестве отправного пункта и герменевтического ключа в данных рассуждениях используется фрагмент философского эссе поэта 1934 г., содержащего очередную (третью) экспликацию мифа об Эдипе, в котором антиномично соединение «ужасающего и божественного». Выдвигаются и развиваются два основных положения: 1) в своей жанровой природе поэма «Сфинкс» является мистерией, предрешая в этом аспекте мелопею «Человек»; 2) в смысловом плане поэма-мистерия построена по палимпсестному принципу, существенное значение, кроме мифического, имеет в нем дантовский, бодлеровский и августиновский слой, а также библейский, христианский. Указывается, что прочитывание, дешифровка палимпсестных смыслов явных и затаенных (христианских) способствует осмыслению онтологических (земля — небо/рай) и экзистенциально-аксиологических антиномий поэмы (Зло — Добро, ненависть/насилие — любовь/спасение), а также текстового многоголосия на персональном и ценностно-философском уровне. Выявляются полюсные значения и символические противоречия мифических фигур: Сфинкса и Эдипа, подвергнутых «умножению смысла», обогащающей многоуровневой интерпретации. Обнаруживается ключевая роль семантических/ концептуальных антиномий мистерии: Зверь — Христос, Тьма — Свет, в самом же мифе и символическом измерении фигуры Эдипа (облик страдальца): слепота — зрячесть, искание — обретение. Утверждается, что дискурсивная стратегия Иванова нацелена на указание человеческого отталкивания от Зла, на боренье Духа и поисков пути очищения и спасения; значит на подтверждение релевантности мистериально-христианского Сверхсмысла произведения — как сокровенной, «незаменимой вести».
